Дракон с сомнением посмотрел на ступеньки, потом на просвет, снова по ступеньки и снова на просвет. При одной мысли, что ему придется идти по ступенькам в какую то берлогу, у него начался приступ клаустрофобии:
- Конечно, конечно. Как же... Я вероятно спущусь, но я вспомнил, что боюсь высоты, а тут ее по лестнице преодолевать, так что извольте, я откажусь от такого, - он тут же передал контроль над телом самому Винсенту, уйдя в закоулки его сознания. Броня покрывавшая тело, быстро начала разрушаться, цвет глаз быстро принял нормальный человеческий.
Винсент же увидев ступеньки, вступил на первую, что покрыта склизким мхом, как и все остальные, и в следующую секунду присоединился к Тимофею, проехав кубарем по вниз. После чего поднялся и пнул хила по ноге:
- А менее травма опасного пути не нашлось? - пожалуй плохое настроение дракона как-то передалось ему, впрочем уже черенез несколько секунд принялся извиняться хватая Тимофея за ушибленною ногу, и пытаясь замазать ушиб мхом.

И перед ними предстала следующая картина. В коридоре стоял огромный стол с различными яствами. Во главе стола сидел джинн, как ни в чем не бывало держал в левой руке бокал, с чем-то красным, а с права от него, на кресле сидело то, что когда-то было женщиной, а сейчас это лишь скелет в парике, и в каком-то бальном платье. Джин не просто обнимал ее, но когда его застали товарищи по несчастью, похоже целовал эту мертвечину.
- И вот тогда я приказал оборудовать чертов паровоз - реактивными двигателями. Прогресс никого не ждет, говорил я африканским аборигенам, посадив их на "Летящую Тортугу", так я назвал свое изобретение! Именно она и послужила причиной гибели Титаника, а не какой-то там айсберг. Видите ли, прикрепив двигатели и дав в руки аборигенам инструкцию, я не знал, что читать на китайском из них, никто не умеет. Но это ладно, видимо они вообще читать не умели, что мне теперь сожалеть о такой мелочи? Ведь так Ма Шери?
Джин заметив, что теперь его уединение , не является таким уж уединением сверкнул глазами с какой-то странной задорностью.
- А вот и гости к нашему столу. Присаживайтесь, опробуйте деликатесов. Что тут у нас - Джин стал осматривать взглядом стол, - Палец вурдалака! Обожаю эту вкусняшку! - Схватил с одной из тарелок полностью набитыми зелеными гнойными пальцами деликатес, и тут же отправил его к себе в рот. Послышался хруст, характерный для жаренной картошки и Туман с удовольствием причмокнул. - Не хотите попробовать?

На замечание Тимофея, джинн лишь махнул рукой над блюдом с пальцами вурдала, и одно из них влетело лекарю прямо в рот.
- Ау, есть кто!? - крикнул джинн, в ответ все услышали многократное эхо. - Я бы почувствовал, будь тут кто. Хотя, ма шери, можно посчитать за шпиона! Как я об этом не подумал?
Джин стал трясти бедный скелет так, что парик с него слетел.
- А ну признавайся! Где твой любовник! Ага, в Германии говоришь! Кто он? Кинорежиссер! Ясно, я понял, что между нами ничего не может быть!
В заключение пьесы у джинна в руках появилась в руках огромная булава и от мумии остался и лишь костный порошок...

Выходка джинна застала Винсента врасплох. Огромные пауки так напугали юношу, что он с воплями побежал туда, куда глаза глядят. С детства он ненавидел огромных насекомых, и жутко их боялся, а тут их на своде пещеры оказались сотни. Лишь минут через минут десять он понял, что убежал он зря, в проходе в котором он оказался, он был совсем один.