Театр абсурда
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
ФРПГ Театр абсурда » Управление » Анкеты персонажей » Сострадание
Сострадание
СостраданиеДата: Понедельник, 2018-09-17, 7:38 AM | Сообщение # 1
Группа: Обитатели мира
Сообщений: 1
Способности: Чтение мыслей, метаморфомагия.
Имя персонажа: Сострадание
Награды: 0  +
Репутация: 0  ±
Замечания:  ±
Статус: Offline
Мастерские звания: 
«Согревать скорбящих, ободрять отчаявшихся. Стану демоном –убейте.»
1. Ваше игровое имя
Сострадание. Когда (если) представляется, обычно называет себя Руфь или Эйс, в зависимости от облика. Иногда маги, способные сразу распознать в нем духа, дают ему какие-то свои имена. Впрочем, Сострадание, хотя и отзывается на данные ему имена, не считает их своими.
2. Вы темный или светлый маг?
Дух. Не является магом в привычном понимании этого слова.
3. Ваш статус в школе
Гость.
4. Ваши артефакты, их свойства и история ихприобретения
Амулет против привязывания, подаренный одним дружелюбным шаманом. За долгие годы носки, или благодаря изначальным свойствам, практически слился с нематериальной природой духа: он висит на шее в материальном образе, но не теряется, если духа рассеять. Как понятно из названия, не дает другим магам возможности привязать духа к себе, чтобы заставить действовать против его воли.
5. Ваша игровая биография
Раньше его мир состоял из песен. Громкие и тихие, сияющие золотом и пугающие своей чернотой – юный дух любовался ими и ждал, что когда-нибудь сможет звучать так же. Оно тогда не имело воли и замысла. Лишь сгусток эфира, в который чьей-то волей была вложена идея согревать и помогать. Украдкой заглядываясь на материальный мир, оно смотрело в души людей, жадно впитывая каждую деталь.
Однажды оно, легкое и летучее, проскользнуло из своего мира в новый, яркий и громкий, и пожелало навсегда остаться в нем. Даже само Сострадание сейчас не скажет наверняка, когда это случилось.
Оно, конечно, не было одиноко в своем желании познать мир материальный. Было множество духов, прекрасных, с добродетельными замыслами, которые пришли в Яркий мир, чтобы помочь. Будущее Сострадание металось между ними, как лист на ветру, подхватываемый все новым и новым течением, сменяя одну идею на другую…
А потом появилась она.
Она была духом, принявшим человеческий облик, чистая Надежда, собранная по каплям из слез и отчаяния людей, бесконечно мудрая и милосердная Надежда. Она отдавала себя так же – по каплям, медленно, но неизбежно вселяла надежду в каждого отчаявшегося, теряя себя. Её Замысел был так силен, что юный дух обрел его в себе. Идея «помогать» стала замыслом, добродетелью Сострадания.
Сострадание осталось в Ярком мире, распутывая боль всякого встречного. Нематериальный дух, оно никогда толком не показывалось людям, влияя
на них из тени. Вот мужчина идет, и поднимает голову на небо. Сострадание внушало ему, что небо прекрасно и неизменно, и тот стоит, завороженный, любуется красотой. И тогда боль отступала, пусть ненадолго.
Но его миссия продлилась недолго. Путешествуя миром, однажды оно попало в Черное Место. Духи, которые были более опытными в Ярком мире, предупреждали, что, если дух слаб, ему нужно избегать Черных Мест, иначе он может извратится.
Сострадание, конечно же, не послушалось.
Оно утонуло в страшной боли, оказавшись на месте кровавой бойни, столкнувшись с тем, что нельзя было утолить. «Мертвым тоже больно» – говорило оно потом. Иногда даже больнее, чем живым. Оно изменилось, извратилось, хоть и не заметило этого: на место Сострадания пришло Отчаяние.
Все ещё уверенное в своей миссии помогать, оно попало в Город Рабов. Это было страшное место, так и манившее извратившихся духов: даже стены там пропахли отчаянием. Отчаяние влекло туда, и оно не могло противится этому зову. Отчаявшиеся люди, эльфы, представители других рас, полукровки – все они молили об освобождении. Многие молили о смерти. Отчаяние приходило к ним, смотрело прямо в глаза, наслаждаясь этой темной и болезненной песней, и предлагало освобождение в смерти.
Ни один не отказался.
В принципе, это тоже была своего рода помощь – с их смертью их боль утихала. Отчаяние, все ещё зовущее себя Состраданием, не думало, что делает что-то не так. Тогда его прозвали Демоном Города Рабов.
Был отдан приказ «уничтожить», но, месяцы спустя, когда его все же выследили – не смогли убить. Извратившегося духа заточили в камень, и забыли на
долгие годы.
Кто знает, как долго оно там находилось бы, если бы однажды мимо не шла девочка-полуэльфийка. Слабая и бледная, она села на камень, чтобы отдохнуть. Отчаяние проснулось, почувствовав звук чистой и светлой песни. Оно заговорило с девочкой, и попросило освободить его. Руфь, так её звали, с радостью согласилась. Она прикоснулась своей маленькой ручкой к камню, и попросила его освободить несчастного духа. Её чистое желание разрушило цепи, связывающие его.
Благодарное, Отчаяние последовало за ней. Оно видело, насколько сильно в ней сострадание. Девочка предлагала его другим, не имея права на собственное – больная чахоткой, она медленно угасала с каждым днем. Её внутренняя боль тянула и беспокоила, очень волновала Отчаяние, но она была физической, а не моральной, и оно не могло ничего с этим сделать. Отчаяние могло бы освободить её так же, как освобождало рабов, но поняло, что не может этого сделать. Постепенно оно переняло её способ помогать. Вскоре оно начало помогать ей помогать другим. Сострадание стало постепенно возвращаться.
Когда она умирала, оно держало её за руку так, как только мог нематериальный дух. «Не бойся, - сказало тогда ей Отчаяние, - Сейчас ты освободишься. Тебе больше не будет больно». В последние свои минуты она посмотрела внимательно-внимательно прямо духу в глаза, и сказала то, что ему не забыть и теперь. Она сказала, что знает, что оно не демон, а лишь запутавшийся дух, и попросила его нести сострадание за неё. Когда она умерла, Отчаяние снова стало Состраданием. Руфь помогла ему вспомнить.
Дух взял её облик, чтобы больше никогда не забывать, и отправился дальше.
Однажды оно встретило шамана, первого, кто сразу признал в нем духа, сильного духа. Сострадание оставалось с ним какое-то время, хотя у него было не очень много внутренней боли. Шаман назвал его «Киеран», «древний дух», и оно не удивится, если в каком-то племени до сих пор ходят о нем истории. Люди – существа почти такие же впечатлительные и непостоянные, как и низшие духи. Он привел духа в место, где могла бы понадобится его помощь, и на прощание одарил амулетом. Он сказал: «Так ты, по крайней мере, не извратишься по чужой воле».
Место, в которое привел его шаман, не причиняло боли. Здесь жили мальчики и девочки, которые потеряли родителей. Это не было приютом или чем-то подобным, ведь здесь не было ни одного взрослого. Главным здесь был самоназванный «Король-ребенок» по имени Эйс, и они с радостью приняли к себе «Руфь». Сострадание привязалось к Эйсу. В нем не было ни капли внутренней боли, он не зацикливался и отпускал её раньше, чем она начинала ранить. Он заботился о всех и каждом, был Старшим Братом, который оберегал и наставлял их, оставаясь наивным и безбашенным ребенком, подростком, который не позврослел. Талантливый маг огня, он никогда не признавал этого дара, но ему это не мешало. Он вел их на приключения, а ночами укладывал каждого спать. Сострадание почти почувствовало, что значит быть человеком.
Но его радость длилась недолго. Сильная эмоция безграничной радости рассеяла физический образ Руфь, и все узнали, кто она на самом деле. Сострадание внезапно почувствовало то, чего никогда не было раньше: боль Эйса. Он боялся того демона, которым оказалась его подруга. Тогда Сострадание исчезло, ведь это было единственным способом утолить его боль.
После этого, взяв его облик, оно пообещало себе во что бы то ни стало стать человечнее. Чтобы больше ни одному человеку не было больно от того, что
оно – дух. 

6. Ваша игровая внешность (можно скартинкой)
Сострадание – дух, и оно не имеет постоянной формы. Находясь в нематериальном состоянии, оно принимает форму, отдаленно напоминающую человеческую, впрочем, иногда оно становится животным или предметом – для него нет особенных ограничений. Но так оно не становится этим взаправду: лишь полупрозрачный силуэт, тень, призрак. Когда оно рассеивается по любой причине, то принимает форму вытянутого каплевидного сгустка энергии. В любой нематериальной форме оно имеет лазурно-голубой цвет, с двумя льдинистыми
точками – это глаза.
Огромные, льдинисто-голубые, смотрящие в самую душу глаза выдают его в любом образе, только эта деталь никогда не меняется.
Так же у него есть два особенных материальных образа. Оно принимает их в таком виде, в котором запомнило, не обязательно при последней встрече.
Руфь – девчушка-полуэльф десяти лет, маленькая, худенькая и хрупкая, малышка-мотылек. Сострадание не видело её до болезни, а «запечатлело» лишь незадолго до смерти, потому бывает, взглянешь, и кажется, что вот-вот – и растает, точно снежинка, или сгорит, как мотылек, летящий на пламя.  Она и сама похожа на мотылька – бледная и русоволосая, худая настолько, что все кости видно. Она ходит, не поднимая пыли и не сминая травы, словно призраком парит над землей. Её голос звенит, как колокольчик, но тихий, так, что услышать трудно. Сострадание помнит её такой, и помнит в момент смерти. Оно положило ей руку на её руку, и рука была теплая, а улыбка в последнее мгновение – солнечная. Оно запечатлело и это.
Эйс – мальчишка-подросток, взлохмаченый, с вечно ободранными коленками и ссадинами на локтях, мальчишка-огонь, грубый, взрывной и бесконечно добрый. Долговязый, нескладный, такой навсегда неправильный подросток, которому уже никогда не вырасти. Огненные кудри и песочная кожа – этот мальчик словно само воплощение пламени, пожирающего врагов и согревающее друзей. Запыленная, грязная одежда – а как же иначе для искателя приключений? Озорная улыбка и огненные искорки в глазах – Состраданию не повторить запечатленного, но оно старается. Запечатленный задолго до своей смерти, Эйс пышет жизнью и энергией.
Больше любит становиться Руфь, ведь так ему кажется, что оно несет её волю. Впрочем, чаще его можно увидеть в образе Эйса.
7. Ваши игровые способности, уровень владения магией
Обладает своего рода аналогом Магии Разума, которая позволяет Состраданию отыскивать боль и распутывать её. Одна боль цепляется за другую, и таким образом оно может забраться в разум человека, который очень, очень далеко. Оно делает это почти несознательно и без злого умысла. Это для него часть сущности – существа и предметы вокруг для него в первую очередь сгустки энергии, из которых звучит песня, и только потом то, кем они являются в материальном мире. К тому же, найдя «яркого» или «громкого» человека, в котором звучит песня боли, оно не станет молчать, а постарается распутать её. Умелые маги способны прервать этот «сеанс», временно закрыв для духа то или иное воспоминание, а, если знать, как, то и заблокировать доступ ко всем воспоминаниям. Стоит заметить, что обычные экраны и зачарования против чтения мыслей тут бесполезны, поскольку его магия иного рода, но прервать или закрыть воспоминание легче, чем экранироваться от другого мага. Эта же способность позволяет ему стирать себя из памяти людей. Иногда им лучше не помнить того, кто помог.
Так же обладает магией энергии – так оно влияет из своего нематериального мира на материальный.
Определенный аналог метаморфомагии. Как дух, Сострадание не имеет постоянной формы. Сильный удар, потрясение или даже просто очень «яркий» человек может на время «рассеять» его. Но, находясь в материальном мире, оно обычно принимает форму, привычную для местных обитателей, чтобы не добавить к их боли ещё и боль от страха перед неизвестным. К Состраданию часто липнут «тени» ярких людей, с которыми оно тесно общалось, а также осколки песен «громких» людей. От обоих типов оно может взять что-то из внешности, впрочем, это почти всегда происходит неосознанно, где-то на уровне инстинктов. Есть лишь два его любимых образа, которые он принимает самостоятельно и «по умолчанию».
Отличие его «образов» в том, что, находясь в них, оно становится вполне реальным, «материальным». Впрочем, то, что может рассеять духа, так же срывает его образ.
Если сравнивать с человеческой магией, его общий уровень - 7.
8. Ваш характер
Когда-то давно оно было лишь идеей «защитить, обогреть, помочь». Слабый дух сострадания, оно почти ничего не умело, и не чувствовало ничего, кроме боли других людей.
Став частью мира материального, Сострадание начало собирать на себе отпечатки других людей. С каждым отпечатком оно становится все более и более человечным. Правда, с каждой каплей человечности ему становится все сложнее смотреть и слушать. Оно способно сейчас распутывать и утолять боль, но прекрасно знает, что человека поймет лишь человек, поэтому стремится к этому.
Сострадание в любом образе ведет себя одинаково чудаковато и странно. Многие люди, те, кому оно разрешает себя помнить, удивляются его странным поступкам: Например, оно всегда оставляет крошки под окнами или на подоконниках домов, где живут женщины, чтобы они могли насладиться прекрасным пением птиц. Его чудаковатое поведение скоро становится понятным внимательным спутникам, ведь оно пока не является человеком.
Сострадание несет свой замысел честно и в любом облике. Этим замыслом является желание помочь. Чуткий эмпат, оно чувствует каждое больное воспоминание, видит каждую пролитую слезинку и каждый горький смех, и, если можно так сказать, переживает её на себе. Оно чувствует воспоминания всех в одно мгновение, но не путает их. Впрочем, не удивляйтесь, если оно заговорит с вами о боли «того парня, которого оно видело три недели назад около трёх секунд». Впрочем, такое случается редко. Обычно оно говорит о боли только с тем, кому она принадлежит, а воспоминания переживает самостоятельно, спокойно и флегматично. Сострадание практически всегда задумчиво, можно сказать, что чаще
всего оно где-то «не здесь». Является своего рода синестетом – для него практически все имеет звук и цвет.
Для осуществления своего замысла он использует разные, часто кажущиеся неприемлемыми для людей, формы. Оно может убеждать словами, стирать воспоминания, искать лекарство, даже убивать из милосердия – все допустимо, если это облегчит боль.
Поступки Сострадания едва поддаются рациональному объяснению, и часто противоречат этике. Его можно назвать добрым и сочувствующим, но это не привычное понимание этих слов. Впрочем, оно никогда не бездействует, если встречает человека, из которого звучит песня боли.
Самое страшное для него – снова стать тем, кого называли Демоном Города Рабов. Оно не хочет снова извратиться и помогать неправильно, сеять страх и нагонять отчаяние вместо того чтобы сострадать. Поэтому каждому знакомому, кому оно доверяет настолько, чтобы добровольно показаться в нематериальном виде, оно говорит:
«Убейте меня, если я снова буду делать больно».
9. У вас есть домашние животные?
Личных – нет, однако за ним всегда следуют два-три низших духа. Даже те, кто уже имеют идею, слишком впечатляются духом такой силы, и перенимают его замысел. Низшие духи, перенявшие замысел Сострадания, становятся небольшими мирными животными – вроде кроликов или морских свинок. Они не способны распутать боль, однако заставляют людей чувствовать себя лучше, поскольку смешат их. Сострадание называет их «осколками», не уточняя.
10. Ваш игровой возраст
Духи существуют вне времени.
11. Как вы нас нашли?
12. Связь с вами
13. Пробный пост.
14. Хотите ли вы присоединиться к нашей конфевконтакте? Если да, то напишите адрес своей страницы (можно в ЛС)
15. Вы ознакомились с правилами сайта?


Сообщение отредактировал Сострадание - Понедельник, 2018-09-17, 7:46 AM
 
Девочка--вампДата: Понедельник, 2018-09-17, 8:14 AM | Сообщение # 2
Директриса
Группа: Администрация школы
Сообщений: 14198
Способности: Флористика, анимагия, вампиризм
Имя персонажа: Светлана Валынская
Награды: 65  +
Репутация: 78  ±
Замечания:  ±
Статус: Offline
Мастерские звания: 
Проверено, принято.

Анкета Светланы Валынской
 
ФРПГ Театр абсурда » Управление » Анкеты персонажей » Сострадание
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: